Законодательная база Российской Федерации

Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

рассмотрела в судебном заседании от 3 февраля 2004 г. уголовное дело по кассационным жалобам осужденных С-ва Д.А., М-ва П.В., Б-ко С.А., защитников осужденных С-ва Д.А. - адвоката Титаренко В.А., М-ва П.В. - адвоката Поляновского Б.И., Б-ко С.А. - адвоката Судакова Н.И., Б-на Е.А. - адвоката Савескула Е.С. и представителя потерпевшей Л-к О.В. - адвоката Гусевой Г.В. на приговор Балтийского флотского военного суда от 6 ноября 2003 г., согласно которому военнослужащий войсковой части 87535 матрос С-ов, родившийся 19 июля 1980 г. в пос. Армянске Красноперекопского района Крымской области, судимый 15 февраля 2002 г. Балтийским гарнизонным военным судом по п. "а" ч.2 ст. 158 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком один год, на военную службу призванный в декабре 2000 года, военнослужащий войсковой части 42951 матрос М-ов, родившийся 10 июля 1982 г. в пос. Парабель Томской области, судимый 15 февраля 2002 г. Балтийским гарнизонным военным судом по п. "а" ч.2 ст. 158 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком один год, на военную службу призванный в ноябре 2000 года, военнослужащий войсковой части 40071 старший матрос Б-ин, родившийся 23 октября 1981 г. в г. Котельниче Кировской области, несудимого, на военную службу призванный в июле 2001 года и военнослужащий войсковой части 42951 матрос Б-ко, родившийся 15 января 1983 г. в г. Ленинграде, несудимый, на военную службу при- званный в июне 2001года, осуждены по п.п. "б" и "ж" ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы Б-н на 11 лет, Б-ко на 14 лет, оба в исправительной колонии строгого режима, С-ов на 17 лет, а М-ов на 16 лет.

С-ву и М-ву условное осуждение отменено и по совокупности приговоров, путем полного присоединения наказания, назначенного по предыдущему приговору, С-ов осужден на 19 лет, а М-ов на 18 лет лишения свободы, оба в исправительной колонии строгого режима.

Б-н, в соответствии со ст. 48 УК РФ, лишен воинского звания "старший матрос".

Одновременно суд полностью удовлетворил гражданские иски потерпевших Л-к О.В. и П-ой В.П. о возмещении осужденными в солидарном порядке морального вреда, а потерпевшей Л-к и о возмещении материального ущерба.

Гражданский иск потерпевшей П-ой о возмещении материального ущерба суд удовлетворил частично.

Заслушав доклад генерал - майора юстиции Коронца А.Н., объяснения осужденных М-ва, Б-ко, Б-на и С-ва, поддержавших доводы кассационных жалоб, представителя потерпевших адвоката Киселева М.Ю., поддержавшего доводы кассационной жалобы адвоката Гусевой Г.В., и мнение старшего военного прокурора управления Главной военной прокуратуры Порывкина А.В., предложившего исключить из обвинения С-ва и М-ва отягчающее наказание обстоятельство - рецидив преступления, оставив приговор в остальной части без изменения, Военная коллегия

Согласно приговору, в 6 часу 5 августа 2002 г., будучи недовольным служебной требовательностью дежурного по части капитан - лейтенанта Л-ка, вызванной употреблением спиртных напитков, М-ов выразился в его адрес нецензурно и нанес удар кулаком в лицо на территории подсобного хозяйства части.

Употреблявшие вместе с ним спиртные напитки С-ов и Б-н подключились к действиям М-ва, удерживавшего Л-ка руками за шею, при этом С-ов ударил потерпевшего нунчаками по голове и ногой по туловищу, а Б-н ногами и поясным ремнем по туловищу.

При попытке Л-ка убежать М-ов догнал его у ворот, схватил руками за шею и, повалив на землю, удерживал, а С-ов и Б-н ногами, нунчаками и поясным ремнем продолжили наносить удары по голове и другим частям тела.

Продолжая противоправные действия с целью лишения жизни Л-ка, М-ов и Б-н удерживали его, а С-ов, набросив нунчаки на шею потерпевшего, душил его, что совершил после него М-ов, чем причинили тяжкий вред здоровью потерпевшего в виде механической асфиксии.

Б-н, установив после этого по наличию пульса, что Л-к еще жив, предложил утопить его в заливе, для чего названные осужденные и наблюдавший за происходящим Б-ко понесли Л-ка через территорию подсобного хозяйства в сторону залива, остановившись у цистерны с навозной жидкостью.

Б-ко из кучи строительного мусора принес к месту остановки блок из шести кирпичей, и с целью лишения жизни сначала он, а затем С-ов бросили его на голову Л-ка, причинив тупую травму головы.

В результате полученной травмы головы Л-ик скончался на месте преступления, после чего все осужденные по предложению С-ва, связав руки трупа под коленями, утопили его в упомянутой цистерне, а Б-ко убрал следы крови и другие улики преступления.

В кассационных жалобах осужденных и защитников утверждается, что приговор подлежит изменению из - за несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, наличия не устраненных противоречий и чрезмерной суровости назначенного наказания.

Обосновывая доводы кассационных жалоб, осужденные М-ов и С-ов и их защитники утверждают, что доказательств их умысла на убийство Л-ка не имеется, а защитники - адвокаты Савескул и Судаков считают, что умысел осужденных Б-а и Б-ко на убийство также не доказан.

Кроме того, осужденные М-ов и С-ов, защитники - адвокаты Поляновский, Титаренко и Савескул утверждают, что судом не учтена причина конфликта, выразившаяся в угрозах Л-ка доложить командованию об употреблении спиртных напитков осужденными и в нанесении Л-ом ударов М-ву грязным веником и кулаком по лицу.

По мнению М-ва, судом не установлен предварительный сговор между ним, С-ым, Б-м и Б-ко на убийство Л-ка, вывод суда о сдавливании им шеи потерпевшего нунчаками опровергается показаниями соучастников преступления, запись в приговоре о подтверждении им названных действий не соответствует действительности, а поскольку причиной смерти Л-ка является черепно - мозговая травма, к причинению которой он не имеет отношения, то его вины в убийстве последнего не имеется.

В заключение своей кассационной жалобы М-ов считает, что его действия должны быть квалифицированы по ст.ст 111 и 333 УК РФ, а суд при назначении наказания не учел его пассивную роль в совершении преступления, молодой возраст, смерть близкого родственника и наличие нуждающейся в его помощи бабушки, а также чистосердечное раскаяние в содеянном, положительные характеристики, условия жизни и воспитания.

Как утверждает в кассационной жалобе защитник осужденного М-ва Поляновский, помимо изложенных им оснований, приговор подлежит отмене, поскольку вывод суда о непосредственном участии М-ва в убийстве потерпевшего является предположительным, не подтвержденным доказательствами.

В дополнение к изложенным ранее доводам С-ов и его защитник - адвокат Титаренко в кассационных жалобах считают, что суд не учел чистосердечное раскаяние осужденного в содеянном, подтвержденное показаниями остальных соучастников, характер и степень его фактического участия в преступлении, а также то, что смерть Л-ка наступила от удара Б-ко, а С-ов также полагает, что из его обвинения следует исключить отягчающее наказание обстоятельство - рецидив преступления.

Кроме того, Титаренко утверждает, что вывод суда о виновности его подзащитного в убийстве Л-ка основан на первичных показаниях осужденных, полученных под психологическим давлением и неоднократно менявшихся, поэтому доказано лишь причинение С-ым тяжкого вреда здоровью, не влекущего с неизбежностью смерть потерпевшего.

Осужденный Б-ко в кассационной жалобе заявляет, что не согласен с выводом суда о получении команды от С-ва наблюдать за обстановкой, утверждая, что его вина состоит лишь в сокрытии следов преступления по требованию С-ва и М-ва, угрожавших ему убийством в случае разглашения им сведений о содеянном ими.

По мнению Б-ко, о его непричастности к убийству Л-ка свидетельствует анализ его одежды и то, что при проведении следственных экспериментов, запечатленных на видеопленке, никто из осужденных не воспроизвел действий, совершенных им.

Кроме того, Б-ко утверждает в кассационной жалобе, что признательные показания о бросании кирпичного блока на голову потерпевшего он дал под воздействием следователя, допрашивавшего его 16 августа 2002 г. длительное время без ужина и пообещавшего оставить его в части, при этом положения ст. 51 Конституции РФ ему не разъяснялись и защитник на допрос не приглашался.

Дав показания о случайном падении из рук кирпичного блока на голову Л-ка, он в дальнейшем придерживался этой версии, боясь заключения под стражу в следственный изолятор.

В заключение жалобы Б-ко отмечает, что суд при назначении наказания не принял во внимание, что он первым рассказал об обстоятельствах преступления, указал местонахождение трупа и выдал записки С-ва о даче согласованных показаний.

Оспаривая законность приговора, защитник - адвокат Судаков Н.И. констатирует, что следов крови Б-ко на кирпичном блоке не обнаружено, а ссылка суда на показания осужденных С-ва, Б-на и М-ва не состоятельна, поскольку первый постоянно менял их, второй не видел, как Б-ко бросал кирпичный блок, а третий ввиду сильного опьянения не помнит обстоятельств содеянного.

Судаков Н.И. также считает, что органы следствия не представили суду объективных доказательств вины Б-ко в убийстве, поэтому неоднократно изменяли ему меру пресечения - заключение под стражу.

Кроме того, суд необоснованно сослался в приговоре на заключение 111 Центра судебно - медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ, так как оно дано в соответствии с постановлением первого заместителя председателя Балтийского флотского военного суда, а не с постановлением суда, рассматривающего дело, к тому же решение о проведении повторной комиссионной экспертизы принято экспертами самостоятельно без соответствующего ходатайства кого - либо из участников процесса, однако ходатайство о возобновлении судебного следствия удовлетворено не было.

Защитник - адвокат Судаков Н.И. также полагает, что суд, в нарушение требований постановления Пленума Верховного Суда РФ N 15 от 22 декабря 1992 г.: " О судебной практике по делам об умышленных убийствах ", не вменил Б-ко мотив и цель преступления.

В кассационных жалобах защитника осужденного Б-на адвоката Савескула Е.С. утверждается, что вина его подзащитного в убийстве Л-ка не доказана, так как тупой травмы головы, явившейся причиной смерти потерпевшего, Б-ин не причинял и в сговор на его убийство не вступал, поэтому должен отвечать за преступление, предусмотренное ст. 334 УК РФ, поскольку судом не были учтены способ и орудие преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, предшествующее содеянному и последующее поведение Б-на.

Согласно кассационной жалобе представителя потерпевшей Л-к О.В. адвоката Гусевой Г.В., наказание всем осужденным назначено чрезмерно мягкое, не соответствующее тяжести содеянного, так как вместо раскаяния в содеянном, они пытались уйти от ответственности.

Проверив материалы уголовного дела, доводы кассационных жалоб, поддержанные в судебном заседании осужденными Б-ко, Б-ым, М-ым, С-ым, и представителя потерпевшей адвоката Гусевой Г.В., поддержанной в судебном заседании представителем потерпевших адвокатом Киселевым М.Ю., возражения прокурора отдела военной прокуратуры Балтийского флота Бахтина С.Н., не усматривающего оснований для изменения приговора, и мнение старшего прокурора управления Главной военной прокуратуры Порывкина А.В., Военная коллегия приходит к выводу, что осуждение С-ва, М-ва, Б-ко и Б-на за преступление, указанное в приговоре, является законным и обоснованным.

Виновность осужденных подтверждается исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами, которые отвечают требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, поэтому утверждение осужденных и их защитников о том, что приговор построен на противоречивых доказательствах и предположениях, не соответствует материалам судебного следствия.

Утверждение защитников и осужденных об отсутствии у последних умысла на убийство Л-ка бесспорно опровергается способом и характером совершения преступления, которые получили объективную оценку в приговоре.

Как установлено в судебном заседании, групповое физическое насилие над потерпевшим продолжалось длительное время на различных участках территории подсобного хозяйства войсковой части, сопровождалось его преследованием и пресечением не только попытки потерпевшего избежать дальнейшего избиения, но и возможности сопротивляться .

Кроме того, об умысле на убийство с целью не допущения разглашения сведений об употреблении осужденными спиртных напитков свидетельствует и то, что С-ов, М-ов, а также наблюдавший за насилием Б-ко согласились с предложением Б-на утопить в морском заливе подающего признаки жизни потерпевшего после избиения у ворот подсобного хозяйства части, для чего вчетвером перемещали Л-ка в сторону залива.

Судом первой инстанции всесторонне исследованы и проанализированы непоследовательные противоречивые показания осужденных Б-ко, С-ва, М-ва и Б-на, а также другие доказательства, относящиеся не только к указанным действиям, но и к причинению Л-ку тупой черепно - мозговой травмы головы с помощью блока кирпичей, которым дана объективная соответствующая фактическим обстоятельствам дела оценка в приговоре и в его основу правильно положены признательные показания С-ва и Б-ко о том, что каждый из них умышленно бросил названный блок на голову лежащему без движения потерпевшему.

При таких обстоятельствах довод С-ва о наступлении смерти потерпевшего от удара Б-ко и довод защитника Титаренко В.А. о причинении С-ым лишь тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не влекущего с неизбежностью смерть, следует признать необоснованными.

Утверждение Б-ко, а также защитника - адвоката Титаренко В.А. о том, что признательные показания даны осужденными под принуждением следователя, без разъяснения Б-ко требований ст.51 Конституции РФ и без участия в его допросе защитника, является необоснованным.

Из протоколов неоднократных допросов разными следователями, в том числе с участием защитников, видно, что ни от осужденных, ни от их защитников, жалоб на незаконные методы ведения следствия или действия следователей не поступало, а что касается ст. 51 Конституции РФ, то ее требования содержатся в ст.56 УПК РФ, которая разъяснялась Б-ко перед началом каждого допроса.

Допрос в качестве свидетеля без участия защитника не противоречит требованиям ст.189 того же кодекса.

Нельзя согласиться и с доводами Б-ко о том, что его участие в убийстве Л-ка опровергается результатами экспертного исследования его одежды и следственных экспериментов с участием осужденных, так как отсутствие следов наложения с предметов одежды убитого на одежде осужденного само по себе не свидетельствует о непричастности его к убийству, а результаты следственных экспериментов по данному делу также не могут это подтвердить, поскольку последние проводились в первые дни следствия после договора остальных осужденных скрыть участие Б-ко в убийстве.

Не соответствует действительности утверждение Б-ко о выполнении признаваемых им действий под страхом расправы над ним со стороны С-ва и М-ва, так как данных о личных неприязненных отношениях между ними не установлено, а, наоборот, исследованными доказательствами подтверждаются нормальные взаимоотношения.

В ходе судебного следствия, вопреки доводам Б-ко, не установлена добровольность сообщения им о содеянном на территории подсобного хозяйства, о месте сокрытия трупа и выдачи записок С-ва, адресованных осужденным, о линии поведения в ходе предварительного следствия, поэтому суд обоснованно не учел названные обстоятельства при назначении наказания.

Заявление Б-ко в кассационной жалобе о том, что С-ов не давал ему команды закрыть ворота после прохода последнего и Б-на вслед за М-ым и Л-ом на территорию подсобного хозяйства и наблюдать за окружающей обстановкой, опровергается исследованными судом доказательствами, которым дана объективная оценка в приговоре.

Не могут служить поводами для изменения приговора и доводы защитника - адвоката Судакова Н.И. об отсутствии следов крови Б-ко на кирпичном блоке - вещественном доказательстве по делу и неоднократное изменение ему в ходе предварительного следствия меры пресечения.

Следы крови осужденного на названном вещественном доказательстве не могли остаться ввиду того, что данных о кровотечении у Б-ко во время совершения им преступления в материалах дела не содержится, а второй довод не отнесен уголовно - процессуальным законом к числу доказательств по уголовному делу.

Не состоятельна также ссылка Судакова Н.И. в кассационной жалобе на утратившее силу постановление Пленума Верховного Суда РФ N 15 от 22 декабря 1992 г. "О судебной практике по делам об умышленных убийствах", тем более, что мотив и цель совершенного всеми осужденными преступления вменены им и нашли отражение в приговоре.

Ошибочным является утверждение защитника Судакова Н.И. о проведении судебно - медицинской экспертизы экспертами 111 Центра судебно - медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ по постановлению первого заместителя председателя Балтийского флотского военного суда, поскольку, как видно из протокола судебного заседания, вопрос о проведении экспертизы решался судом совместно с участниками процесса, в том числе и Судаковым, а исследования проведены в соответствии с вопросами, изложенными в постановлении суда о назначении экспертизы, которое вместе с уголовным делом было направлено экспертам с сопроводительным письмом, подписанным заместителем председателя суда.

Вопреки доводу названного защитника,нарушений уголовно - процессуального закона и Федерального закона "О государственной судебно - экспертной деятельности в Российской Федерации" судом не допущено, поэтому он правильно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства о возобновлении судебного следствия.

Доводы кассационной жалобы осужденного М-ва о том, что судом не установлены предварительный сговор осужденных на убийство Л-ка и то, что он умышленно бросал кирпичный блок на голову потерпевшего, не могут быть предметом рассмотрения судом второй инстанции, поскольку этот квалифицирующий признак ч.2 ст.105 УК РФ и названные действия не вменены в вину осужденному.

Действия М-ва, выразившиеся в удушении потерпевшего, в том числе и с помощью нунчак, вопреки доводам жалобы, установлены исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, при этом суд правильно отнес механическую асфиксию не к причине смерти потерпевшего, а к одному из сопутствующих последствий содеянного осужденными.

Мнение защитников Савескула Е.С., Поляновского Б.И., М-ва, о непричастности последнего и осужденного Б-на к убийству Л-ка, так как они лично не причиняли телесные повреждения, явившиеся непосредственной причиной смерти, противоречит уголовному закону, согласно которому при совершении убийства группой лиц не обязательно, чтобы каждый из применявших насилие с целью лишения жизни причинил именно такие повреждения, поэтому по данному делу отсутствует эксцесс исполнителя.

Вопреки доводам осужденных, их защитников и представителя потерпевших, назначенное по приговору наказание соответствует тяжести содеянного, способу и характеру противоправных действий, их последствиям и данным о личности осужденных, поэтому не вызывает сомнения в справедливости.

Довод кассационных жалоб о том, что суд не принял во внимание противоправные действия погибшего Л-ка, выразившиеся в угрозах доложить командованию об употреблении спиртных напитков М-ым, С-ым и Б-ым, нельзя признать состоятельным, поскольку доклад командованию о нарушении воинской дисциплины подчиненными является не угрозой, а уставной обязанностью любого офицера, а дежурного по части тем более.

Что касается физического насилия со стороны Л-ка, то о его характере осужденные давали непоследовательные противоречивые показания, не подтвержденные иными объективными доказательствами, что суд первой инстанции правильно расценил как способ защиты осужденных от предъявленного обвинения и не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Суд, вопреки доводам кассационных жалоб С-ва, М-ва, защитника - адвоката Савескула, в полном объеме учел установленные по делу смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденных, роль каждого из них в совершении преступления, способ и орудия его совершения, количество, характер и локализацию телесных повреждений, причиненных потерпевшему, отразив их в приговоре.

Утверждение М-ва и С-ва об их чистосердечном раскаянии в содеянном опровергается материалами дела, следовательно, правильно не принято во внимание судом, как и то, что условия воспитания М-ва могли каким- либо образом повлиять на смягчение ему наказания.

Что касается отягчающего наказание С-ва и М-ва обстоятельства - рецидива преступлений, то оно подлежит исключению из приговора в соответствии с п. "в" ч.4 ст.18 УК РФ в редакции Федерального закона " О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ " N 162 - ФЗ от 8 декабря 2003 г., поскольку судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным и не отменялось, а осужденные не направлялись в места лишения свободы, при признании рецидива преступлений не учитываются.

При таких обстоятельствах, несмотря на внесение указанных изменений в приговор, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалоб о смягчении назначенного наказания кому - либо из четверых осужденных.

Руководствуясь ст. 377, п.1 ч.1 ст.378 и ст. 388 УПК РФ, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

приговор Балтийского флотского военного суда от 6 ноября 2003 г. в отношении осужденных С-ва, М-ва изменить, исключить из приговора признание отягчающим их наказание обстоятельством "рецидив преступлений", а в остальной части приговор в отношении них, а также осужденных Б-на и Б-ко оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных С-ва, М-ва, Б-ко, защитников - адвокатов Титаренко В.А., Поляновского Б.И., Судакова Н.И., Савескула Е.С. и представителя потерпевшей Л-ик О.В. адвоката Гусевой Г.В. - без удовлетворения.

Судья Верховного Суда
Российской Федерации
генерал - майор юстиции
А.Н.КОРОНЕЦ

Секретарь
Л.Н.КОРНЕЕВА